3 детей ЛГБТ-родителей рассказывают, как росли в однополых семьях

Family: Woman, Woman, Boy

В России нельзя заключать однополые браки, представителям ЛГБТ-сообщества нельзя усыновлять детей, а гомосексуальность многие считают болезнью. Meduza собрала рассказы трех людей, выросших в однополых семьях, о том, как им живется и многом другом.

Нил, 19 лет, Минск

  1. «Отношения пап перешли на совершенно новый уровень, когда сестра Юрия родила ребенка. Она решила отдать меня, когда мне еще не было года. Так и появилась семья из двух пап. К маме я обращаюсь только по имени, а своими родителями считаю Юрия и Владислава. Потому что родить — это одно, а вырастить, дать образование, любить — совершенно другое».
  2. «Я понял, что у меня необычная семья, когда мне было пять лет. Других детей из садика забирали не только папы, но и мамы. Естественно, это вызвало у меня много вопросов. Тогда родители максимально просто объяснили, почему наша семья отличается от других. Сказали, что иногда люди одного пола испытывают чувства друг к другу и хотят быть вместе. В обществе считается нормальным только союз мужчины и женщины, но если ты действительно любишь человека и дорожишь им — какая разница, какого он пола?»
  3. «Родители уделяли мне много времени и внимания. Не могу сказать, что между ними было какое-то распределение ролей. Скорее каждый из них учил меня тому, в чем разбирается. А если они оба знали тему, то совмещали свой опыт воедино и передавали его мне. Так, папы вместе учили меня дизайну и сбору статистических данных».
  4. «Дело в том, что люди, создающие однополые семьи, делают это далеко не спонтанно. Они предварительно взвешивают все за и против, просчитывают тонкости и проходят крайне тяжелый путь. Тогда как в семьях некоторых моих одноклассников творился полный хаос — алкоголизм, насилие, безразличие к детям».

Алиса, 21 год, Санкт-Петербург

  1. «Я живу в семье с двумя мамами — Мариной и Еленой. Они полюбили друг друга еще в юности, задолго до моего рождения. Потом у них появился сын Григорий — Лена родила его от своего друга. Мамы воспитывали его вместе, но где-то через год расстались. Дело в том, что моя бабуля, узнав об ориентации мамы Марины, начала активно давить на нее. Говорила, что нельзя рожать детей вне брака, что это ужасно — даже хуже, чем жить с женщиной. А мама очень хотела иметь ребенка, семью. Поэтому вышла замуж за моего отца».
  2. «Долгое время Лена представлялась просто как подруга семьи. Иногда мы с мамой приезжали к ней в гости в Москву. Но чаще она к нам, причем надолго. Мама мне ничего не говорила об их отношениях. Думаю, ей было очень страшно. Догадываться о том, что у нас не совсем обычная семья, я начала только в четвертом классе. Мне нравилось, как мы жили, но все равно что-то казалось странным: друзья друзьями, но мы с Леной были вместе все время».
  3. «Мама объяснила, какая у нас семья и почему. Сказала, что люди могут любить друг друга и в этом нет ничего такого. Для меня это был большой стресс. Я видела, как мама была счастлива, и все понимала, но не могла принять ее слова. Тогда у меня не было реального осознания, что такие люди [гомосексуалы] существуют. В школе иногда шутили, чтобы унизить, — типа «Ты гей», но что это и как с этим жить дальше, я не знала. Помню, как плакала и спрашивала себя: «За что это нашей семье? Почему мы не как все?»
  4. «Мамы рассказывали мне о сексе и подобных вещах. Лена уделяла этому вопросу много внимания, так как считала, что мало с кем разговаривают на подобные темы. Помню, мне было очень странно, когда кто-нибудь в классе не знал самых простых вещей и начинал выдумывать байки. У нас даже была девочка, которая скрывала от родителей месячные, потому что думала, что с ней что-то не так».

Григорий, 24 года, Москва — Санкт-Петербург

  1. «Я помню свое детство только лет с четырех. Тогда меня воспитывали мама и женщина по имени Татьяна. Наверное, я считал ее своей тетей или хорошей маминой подругой. В любом случае у меня никогда не возникало вопросов о том, почему мы так живем. Все было просто — они вдвоем, и мы семья. Еще в детстве мама объяснила мне, что никогда не любила моего биологического отца, поэтому они даже не пробовали быть вместе. С папой я никогда не общался».
  2. «Две мамины подруги, которые тоже жили с ребенком, отдали мне свой старый системный блок, и в истории браузера я обнаружил ссылки на разные однополые сайты. У меня в голове все сложилось, и я спросил маму: «Ты кто? Ты что, лесбиянка?» А на ее «да» ответил только: «Круто!»
  3. «Я никогда напрямую не сталкивался с негативным отношением к нашей семье. Но знаю, что в маму и Марину бросали камни, когда они участвовали в попытке проведения прайда на Марсовом поле. А несколько лет назад Марину уволили с работы из-за сплетен об ее ориентации».
  4. «Трудно сказать, как на меня повлияло то, что меня воспитывали две женщины. Я не чувствую себя каким-то особенным. Как и все — общаюсь с людьми, работаю. Мне кажется, важно (и это касается и гетеросексуальных семей) пройти определенные этапы искренности с самим собой, принятия, гармонии и любви. Я хотел бы растить своих детей в такой атмосфере, потому что абсолютно доволен своим воспитанием».

Иллюстрации: behance.net

Читайте Snatch News в ICQ. Намного удобнее ☺️

Написать нам
Мы будем присылать самое важное и не будем спамить